Жанат Рахмани: Открыть частную школу в Казахстане почти невозможно

10088

Кроме как для государства и олигархов

Одна из главных целей Ассоциации по развитию и исследованию образования — это, чтобы в Казахстане строились новые школы. Казалось бы, государство сделало эту задачу одной из самых приоритетных в своем социальном списке, в том числе создавая условия для строительства частных школ, но, как показывает практика, дверь для бизнесменов и предпринимателей в эту сферу наглухо закрыта.

Об этом мы узнали в беседе с генеральным директором образовательной компании Ustudy Жанатом Рахмани — предпринимателем и бизнесменом, который запустил несколько успешных образовательных стартапов в Казахстане и привлек $10 млн частных инвестиций.

Жанат хочет открывать школы по типу американских хай-скулов, и в прошлом году даже пробовал это сделать в четырех городах Казахстана, но не получилось. Исследуя школьное образование по результатам тестирования сотен школ страны, он сделал вывод, что школьная программа в старших классах неэффективна и даже портит подростков.

Подробнее о причинах и следствиях такого положения дел читайте со слов самого Жаната.

Информационный разрыв

Я считаю, программа обучения старшеклассников в государственных школах Казахстана неэффективна. Дело в том, что школьная программа заканчивается в девятом классе, в десятом и одиннадцатом классах идут повторение и углубление. Подростки не видят свои цели, не знают реальной жизни после школы и теряют интерес к учебе, ничего толком не делая.

Например, в Узбекистане среднее образование продолжается до девятого класса, после — только в колледж, и далее, если человек захочет, может поступать в университет. Я считаю, такая практика нужна и нам. Вместо этого, наше государство содержит школы в течение этих двух лет, и это неэффективно.

Хуже того, такая жизнь на повторениях скучных уроков у молодых людей продолжается на первом и втором курсах в университете. Например, они проходят историю Казахстана в старших классах, обычно в виде подготовки к ЕНТ, потом то же самое на первом курсе.

Несколько лет одно и то же разжевывание. Казалось бы, от этого студенты должны стать чуть ли не историками, но, к сожалению, такая “учеба” вызывает только отвращение, то есть дает обратный результат. И так не только с историей Казахстана. Этот разрыв между школой и университетом, университетом и работой, работой и ответственностью — он везде.

Допустим, госслужба. Вот классический пример — молодой человек оканчивает какой-нибудь экономический вуз, но не находит работу по специальности — то зарплата низкая, то компания недостаточно престижная, а чаще — не хватает компетенций. Тогда он решает идти на госслужбу и поступает в академию госслужбы. Опять учиться! Чтобы потом стать рядовым специалистом.

Было бы намного эффективнее, если академия госслужбы действовала как отдельный университет или как факультет при государственных вузах, тогда студент, который изначально хочет работать в каком-нибудь министерстве, не терял время, а госорганы могли “заказывать” специалистов, заточенных под их задачи.

А в реальности получается огромная потеря времени и, главное, внимания студентов. Сначала он повторяет те же предметы в десятом и одиннадцатом классах, потом два года — на первом и втором курсах, затем еще учеба в академии госслужбы. Если бы они обучались этому с первого курса, то могли сэкономить 3–4 года жизни.

Вернемся к школьному образованию.

"Вуз тебя научит"

Ученики старших классов — это самые амбициозные люди, они хотят достижений и желают покорить мир. Десятый и одиннадцатый классы — самое время, чтобы заложить в них фундамент. Но обычно школьные учителя не имеют квалификаций и не ориентированы на то, чтобы давать детям понимание, кем стать в жизни, какую специальность выбрать, в какие вузы поступать.

Они сосредоточены только на среднем образовании, которое, как я уже сказал, заканчивается в девятом классе, а дальше, в старших классах, идет информационный разрыв, программа “ни туда, ни сюда”. Иначе говоря “Вуз тебя научит, а пока болтайся”.

Но узнавать о профессии на первом курсе уже поздно. Там, в свою очередь, обратно идет повторение и теория, профессия начинается только на третьем курсе. Человеку уже 20 лет! Он должен думать, как зарабатывать на жизнь, а не писать рефераты от руки.

Было бы эффективнее и логичнее, если вузы приходили в школы со своими первичными программами, которые преподают на первом курсе, и прямо внедряли в десятом и одиннадцатом классах. Сделать так, чтобы ученики прошедшие эти программы, уже не учились на первом и втором курсах.

Проще говоря, вузы могут войти в школы и давать уже какую-то общую базу: основу экономики, теорию права государства, первые навыки кодинга и т.д. Не нужно думать, что десятиклассники не поймут эти предметы. Что уж говорить, кодинг сейчас могут делать и третьеклассники на специальных курсах.

Тогда подросток будет понимать, куда и зачем он движется. Ему будет интересно, он будет чувствовать свою значимость. Просто зубрить даты в истории Казахстана, чтобы набрать высокие баллы на ЕНТ? Или учиться кодировать, чтобы стать инженером и через два года работать в Google? Совсем разные подходы, абсолютно разная мотивация.

Мы сами виноваты, что наши дети не хотят учиться, а молодежь — работать. Мы старательно делаем из них бездельников в течение целых четырех лет! В итоге у нас половина страны — юристы, другая — экономисты.

Новые школы

Мы хотим строить лучшие школы, пока только для старших классов. Они не будут суперэксклюзивными, так сказать “для узкого круга населения”, очень дорогими или какими-то особенными.

В первую очередь, специализация. Хотим разбить классы по нескольким направлениям: техническому, экономическому, юридическому, лингвистическому и, возможно, педагогическому и медицинскому. Почему нет? Десятиклассник точно сможет изучать латинский язык. К университету он был бы уже в полной боевой готовности по части теории.

Второе — инфраструктура. В наших школах не будет душных классов, тесных парт, за которыми надо сидеть как узники, страшных коридоров и вонючих туалетов. Чтобы подросток чувствовал себя ответственным за свой выбор будущей профессии, мы сделаем для них свободное пространство, хорошие чистые классы без школьной мебели, коворкинг и конференц-залы.

В наших школах можно будет устраивать технологические хакатоны, запускать стартапы, делать экологические, социальные, исследовательские проекты, проводить дебаты и т.д. Мы будем приглашать лучших специалистов: банкиров, ученых, писателей, предпринимателей, врачей и устраивать открытые лекции и выступления. Представьте, какой круг общения формируется у ребенка в таком месте!

Миссия невыполнима

Однако пока наш проект неосуществим. Мы попытались открыться в четырех городах Казахстана, но не получилось. Потому что почти невозможно получить лицензию на образовательную деятельность, уточню, в школьном образовании.

Нужно собирать огромную кучу документов и “по старинке” бегать по кабинетам. Если какая-то бумажка неправильно заполнена, нужно бегать по ужасному кругу обратно, снова и снова. Эта бюрократическая беготня вряд ли облегчит жизнь предпринимателей. Мы сколько бегали, так и не заметили, чтобы у кого-то была точная, конечная картина, как все эти процессы устроены и как их пройти.

Было бы замечательно, если документацию для получения лицензии можно было сдавать в ЦОНы и получать ее там же. Был бы четкий список требований, четкие сроки и без человеческого фактора, когда начальники кабинетов как в старых паспортных столах уходят на совещания или на обед.  

Второе — нужно иметь в собственности или в оперативном управлении (не в аренду) здание огромных размеров! Никакой средний бизнес не сможет осилить такие требования. Допустим, мы хотели арендовать офис или отдельный коттедж в 1 тысячу квадратных метров, нам бы хватило. Вот разрешили же открывать частные детские сады в коттеджах, мы хотели точно так же. СНиПы сейчас значительно упростили, и это очень хорошо, но, я считаю, они все равно не подъемны для предпринимателя.

Помимо сдачи целой кучи документов, в большинстве ненужных, частная школа обязана иметь свой спортзал и столовую с производством. К примеру, в Америке государство не требует, чтобы в частных хай-скулах была своя столовая, достаточно иметь место для принятия пищи, а еду студенты приносят сами. Таким же образом мы планировали поступить со спортзалами — договориться с частниками, чтобы дети раз в неделю ходили туда заниматься.

Чтобы открыть школу в нашей стране, нужно иметь очень большие деньги. Я умею строить образовательный бизнес, выстраивать процессы, привлекать качественные кадры, но у меня нет громадного здания в несколько тысяч квадратных метров. Умение делать хороший бизнес и качественное образование, что и нужно, в принципе, для хорошей частной школы, не играет основной роли.

Если у тебя нет огромного здания, ты можешь открыть только курсы. А это значит, что школьник, помимо нашей школы, должен будет ходить еще и в обычную школу. Тогда все теряет смысл.

Если государство утвердит в законе подушевое финансирование в среднем образовании, еще больше упростит требования по СНиПам, а также отдаст сбор документов в цифровизированные ЦОНы, было бы просто замечательно и, главное, эффективно. Тогда, я уверен, бизнес стал бы инвестировать в образование, открылись бы хорошие частные школы, которые составят конкуренцию НИШам, ученикам не нужно было бы ходить в школу, а получать образование в каком-нибудь техническом хай-скуле, а затем поступить в вуз сразу на третий курс. Все это очень даже реально.

Но университетам такая система вряд ли понравится, потому что они потеряют деньги за 1–2 года обучения. Естественно, они хотят, чтобы студенты учились у них по 4, 5, 6 лет, главное, чтобы платили деньги. Если государство не возьмет подушевое финансирование и проекты в сфере ГЧП в руки, и не отрегулирует все требования, чтобы школы могли строить не только государство и олигархи, никто — ни школы, ни университеты, ни бизнес — не смогут исправить систему.

Поделиться